Кубинская школа личной охраны. Часть 3.

Сопровождение Фиделя.

 

Все продукты, потребляемые Фиделем, всегда подвергались всевозможным бактериологическим и химическим анализам, прежде чем попадут к нему на стол. Анализы проводятся знаменитым Медико-хирургическим исследовательским центром (СИМЕК), находящимся на западе Гаваны, всего в километре от поместья Кастро. Точно такие же предосторожности принимались и в отношении бутылок вина, получаемых Фиделем в подарок: эскорт брал наугад несколько «пузырей» из партии, чтобы убедиться, что в них нет ни взрывчатки, ни яда. Время от времени один из водителей Подразделения 160 назначался для того, чтобы пробовать вина. В точности как средневековые короли, Фидель имел собственного дегустатора.
Даже продукты, произведенные на территории Пунто-Серо, становились объектом тщательного внимания. Ветеринары пристально следили за здоровьем разводимых в поместье кур и коров, тогда как фрукты и овощи, выращиваемые в шести теплицах в саду, систематически мылись на воздухе с помощью специального оборудования, позволяющего вывести из них вредные вещества (пестициды, фунгициды) и тем самым избежать, насколько это возможно, риска возникновения рака. Точно так же регулярно проводились анализы воды из колодцев в саду.

По воспоминаниям сотрудников охраны Фиделя Кастро - они широко использовали методы американской Секретной службы, израильского МОССАДа, а также французских спецслужб и британской МИ-5. А вот опыт КГБ в области охраны высших лиц государства, по их мнению, не имел для них особой ценности. В этой области русские мало чему могли научить, поскольку в Советском Союзе публичные появления высших руководителей были редкими, статичными, тщательнейшим образом просчитанными, срежиссированными и разлинованными, точно нотная бумага. Никогда никаких прямых контактов с толпой, никакой импровизации или спонтанных ходов. Короче, полная противоположность поведению Фиделя, человека импульсивного и руководствующегося эмоциями, который без предупреждения входил в толпу, подвергая себя различным угрозам и опасностям.
Само собой разумеется, они тщательно анализировали все попытки покушений, как удачные, так и неудачные, на глав государств и видных персон по всему миру: Джона и Роберта Кеннеди (1963 и 1968), Анастасио Сомосу (1980), Иоанна Павла II (1981), Индиру Ганди (1984) или на кандидата в президенты Колумбии Луиса Карлоса Галана (1989). Что же касается покушения на генерала де Голля в парижском пригороде Пти-Кламар (1962), его они изучили во всех деталях, вплоть до самых мелких. Так же как и покушение на Пиночета в Чили в 1986 году, организованное, между прочим, при поддержке Кубы. Кубинские телохранители выражали искреннее восхищение водителями двух президентов, которые продемонстрировали хладнокровие, отличную реакцию и незаурядное мужество, чтобы спасти своих первых лиц.
Предугадать, предвосхитить и предотвратить любое покушение на Фиделя Кастро – такова была их постоянная задача во времена холодной войны, особенно в 1980-х годах, когда американский президент Рональд Рейган (1980–1988) поклялся уничтожить мировой коммунизм. Риск был вполне реальным. Они прекрасно знали, что одним из самых уязвимых мест Фиделя являлся его отдых на Кайо-Пьедра, в случае если он прибудет туда открыто. Возможны были самые разные варианты покушения: бомбардировка острова с туристского самолета типа «Сессна», летящего на малой высоте, а потому невидимого на радарах; атака с быстроходного катера, который мог бы обстрелять нас, как канонерка; спецоперация боевых пловцов противника, которые могли прикрепить мину к яхте Фиделя «Акварама II», чтобы она взорвалась в тот момент, когда он будет на борту.
На случай бомбардировки был разработан план эвакуации, поскольку на острове нет бомбоубежища. Идея была проста: отвести Фиделя метров на двести от главного дома и спрятать в болотистом месте. Там под прикрытием растительности был даже поставлен невидимый с воздуха понтон, где Фидель мог переждать первую атаку на сухом месте. Сразу после ее окончания началась бы его эвакуация с острова. Планировалось одновременно поднять в воздух все имевшиеся на острове вертолеты и вывести в море все суда, чтобы вызвать у противника замешательство. Разумеется, Фидель плыл бы не на своей обычной яхте, а на судне меньшего размера, менее привлекающем внимание. Был продуман и другой вариант этого сценария: Фидель оставался бы на острове, тогда как отход всех транспортных средств создавал бы иллюзию его бегства. Через несколько часов (или дней) его подобрал бы отряд кубинского спецназа.
Само собой разумеется, что Фидель, поставивший мир на грань ядерной войны в период Карибского кризиса 1962 года, рассматривал все возможные сценарии, включая сценарии региональной и мировой войн. Поэтому в Гаване, под Дворцом революции, было построено противоатомное убежище. В этом бункере должен был укрыться Военный совет, в который входили Фидель, Рауль, главные министры и высшее командование трех родов войск: сухопутных, воздушных и флота. Убежище имеет площадь минимум в тысячу квадратных метров и достаточно просторное, чтобы в нем разместились кабинеты, зал заседаний, спальня, столовая, кухня, ванные комнаты и «командный пункт», откуда Фидель намеревался руководить боевыми операциями. Прорытый на глубине шесть метров секретный туннель длиной двести метров, проходящий под проспектом Независимости, соединяет Дворец революции со зданием возглавлявшегося Раулем Кастро министерства революционных вооруженных сил (МИНФАР), тоже имеющим противоатомное убежище.
В случае начала войны эскорт Фиделя немедленно сменил бы «мерседесы» на «лендроверы» модели «Крузер», вооруженные пусковыми ракетными установками «земля – воздух», ручными пулеметами Калашникова и гранатометами калибра от 30 до 40 мм. В чрезвычайной ситуации я остался бы старшим машины, но это был бы британский полноприводный внедорожник с командой из восьми человек: водителя, шести телохранителей (в том числе трое снайперов) и первого эскорта. Сам Фидель ездил бы на военной бронированной машине.
Не забыли и о безопасности семьи Фиделя. В случае возникновения международного конфликта у Далии и детей был выбор между двумя убежищами. Первым был незанятый дом в Пунта-Брава, тот самый, где Далию поселили в 1961 году, сразу после ее приезда в столицу, прежде чем она начала жить вместе с Фиделем. Еще одно убежище было спрятано под землей в Каса-дель-Галлего, в доме, расположенном как раз напротив Подразделения 160, где Фидель имел обыкновение отмечать свои дни рождения вместе с охраной. А вот дом Кастро в Пунто-Серо, вопреки широко распространенным сплетням, не имеет никакого бомбоубежища. И это логично: какой дурак будет прятаться в собственном доме? 
В двух шагах от смерти.

В 1983 году у Фиделя возникли серьезные проблемы со здоровьем, что стало первым звонком. Потом это повторилось в 1992-м. Так что, когда в 2006-м он серьезно заболел и был вынужден отдать бразды правления в руки Рауля, первый эскорта – наряду с лечащими врачами и его ближайшим окружением – оказался одним из очень немногих людей на свете, кто увязал это с предыдущими фактами истории его болезни.
Итак, в марте 1983 года Фидель вернулся после почти месячного пребывания в Дели, в Индии, где он принимал участие в 7-й встрече глав государств и правительств неприсоединившихся стран, и жизнь пошла своим чередом: Команданте ежедневно приезжал в свой кабинет, чтобы заниматься текущими делами. Апрель начался с радостного (хотя и хранившегося в секрете) события, о котором я узнал лишь спустя много лет: рождения Абеля, незаконнорожденного сына Фиделя и Хуаниты Вера, его переводчицы. И вот однажды вечером, две недели спустя, 20 апреля, если быть точным, после полуночи, личная охрана сопровождала Фиделя в его резиденцию Пунто-Серо. Как обычно Далия встретила его на пороге, чтобы поцеловать и принять из его рук «калашников», прежде чем положить его в их спальне на втором этаже. Потом Команданте удалился в свои апартаменты, а  его эскорт, отправился к себе, то есть в общую спальню в доме, стоящем метрах в пятидесяти от главного здания.
Около двух часов ночи раздался звонок, которым  каждый раз сообщал охране, что Фидель готовится к выезду. Действительно, начальник эскорта Доминго Мене проинформировал охрану, что они возвращаемся во дворец: через десять минут  кортеж из трех «мерседесов» уже мчался по ночным улицам спящей столицы.
Когда в подземном гараже дворца Фидель вышел из машины, охрана заметила нечто необычное: под камуфляжной формой на нем была голубая пижамная куртка! Кроме того, когда он повернулся спиной, чтобы идти к лифту, было заметно пятно на его ягодицах. В тот момент было похоже, что он сел на что-то мокрое. Но в лифте обратили также внимание на его бледность. Из этого  сделали вывод, что он страдает от обычной проблемы с пищеварением, даже не догадываясь о том, насколько серьезно положение. Но тут Доминго Мене нажал на кнопку не четвертого этажа (где находится кабинет Фиделя), а повез прямиком на пятый, где располагалась личная клиника Фиделя.
Это миниатюрный госпиталь всего из трех комнат: палаты Фиделя с ванной и балконом, с которого открывается вид на Гавану, комнаты для телохранителей (в частности, для двух доноров крови, которые всегда находились на месте на случай госпитализации Хефе) и комнаты для дежурного медицинского персонала. Эта клиника располагала также рентгеновским кабинетом, аптекой, лабораторией для проведения анализов и самым современным медицинским оборудованием, какое только можно себе вообразить – в том числе дорогостоящий сканер «Соматон» производства немецкой фирмы «Сименс». Был также зубоврачебный кабинет, где профессор Сальвадор, его дантист, в конце 1980-х годов ставил Команданте все протезы. Картину дополняли гимнастический зал для приведения пациента в форму, кухня и столовая. Все это предназначалось для единственного пациента: Фиделя. В ту ночь, когда они поднялись на пятый этаж дворца, вся команда медиков Фиделя в полном составе уже была на месте. Присутствовали хирург Эухенио Сельман, его личный врач, доктор Рауль Дортикос, один из лучших кубинских врачей, специалист с мировым именем, доктор Ариель, анестезиолог, и доктор Кабрера, ответственный за сохранение крови Фиделя и за переливание. А еще личный санитар Вильдер Фернандес и две медсестры. Весь этот ареопаг специалистов тут же окружил Команданте своими заботами.
Утром следующего дня, когда эти последние вышли в коридор на совещание, первый эскорта из их разговора понял, что у высокопоставленного пациента раковая язва в кишечнике. Фидель пробыл в клинике одиннадцать дней. После этого его выздоровление растянулось еще на три месяца, которые он провел в своей гаванской резиденции Пунто-Серо. Таким образом, с 20 апреля по 17 июля Фидель Кастро не показывался на публике и не выступал с речами.
В связи с этим в дезинформационных целях был впервые задействован «двойник» Фиделя Кастро, которого возили на заднем сиденье президентского «мерседеса» по Гаване, чтобы в зародыше пресечь любые слухи об исчезновении Команданте. Время от времени личный парикмахер Фиделя и гример приклеивали «двойнику» Верховного Команданте Сильвино Альвареса фальшивую бороду, гримировали его, а потом мы выезжали кортежем из Дворца революции и следовали мимо посольств западных стран. С равными промежутками времени, когда встречалась на улице группа людей, лже-Фидель, сидевший на месте настоящего, справа на заднем сиденье, опускал стекло и издалека приветствовал прохожих. На протяжении всех месяцев его болезни эскорт продолжал рутинную работу: охрана ежедневно совершали поездки по маршруту дом Фиделя – его рабочее место, чтобы все выглядело как обычно. Никто ничего не заметил. 
После этого первого кризиса особое внимание стали уделять питанию Команданте. Врачи прописали ему строгую диету, основанную на белом мясе и свежих овощах. Поэтому в саду его резиденции Пунто-Серо были построены теплицы. Красного мяса он больше практически не употреблял. Также Команданте, где бы он ни находился, привык ежедневно пить холодный свежевыжатый апельсиновый сок, который ему подавали ровно в шестнадцать часов. А вот запретов на алкоголь не было, и Фидель продолжал регулярно пить виски, хотя и в меньшем количестве, чем прежде. Это, а также отказ от курения сигар (он перестал курить в 1980 году) позволило ему восстановить здоровье. 
В начале сентября 1992 года, в гаванской резиденции Пунто-Серо, в домке охраны раздался звонок, возвещающий о скором отъезде, и произошло это в необычный час для такой «совы», как он: еще до рассвета! Прибыв в гараж Дворца революции, первый эскорта увидел, что на Фиделе – в точности как девять лет назад – куртка хаки, надетая поверх голубой пижамы, сзади испачканной кровью. На пятом этаже весь персонал клиники немедленно занялся им, но скоро стало понятно, что ситуация оказалась хуже, чем в 1983 года. Врачи были более встревожены, а Фидель более бледен. В тот раз я впервые в жизни телохранители увидели его лежащим без сознания на носилках.
Заволновавшись, первый эскорта обратился за объяснениями к его санитару Вильдеру Фернандесу, который является сотрудником эскорта. Он объяснил, что переливания крови не помогают: «Организм Фиделя не удерживает кровь». И со слезами на глазах, в отчаянии добавил: «Санчес, Фидель при смерти. Мы сказали начальнику эскорта, что надо предупредить Рауля, чтобы тот решил, что следует делать в ближайшие часы. Он с минуты на минуту будет здесь».
В 1983 году об одиннадцатидневной госпитализации Фиделя не посчитали нужным проинформировать никого. Даже Рауля. Но в этот раз все было по-другому. Когда министр вооруженных сил Рауль Кастро появился на пятом этаже, медики тут же объяснили ему всю тяжесть ситуации. Было решено рассказать обо всем Далии и ее детям, но не Фиделю и Хорхе Анхелю, рожденным от других женщин.
В следующие минуты Рауль установил процедуру, в соответствии с которой следовало оповещать родственников и высшие политические инстанции страны в случае, если случится немыслимое: сначала ближайших соратников, затем членов политбюро Коммунистической партии Кубы (КПК); затем членов Государственного совета, затем генеральный штаб вооруженных сил, членов ЦК КПК и, наконец, народ. Кроме того, объявление должно было растянуться на несколько дней. Для начала народу сообщили бы, что Фидель госпитализирован, потом – что его состояние из «тяжелого» стало «критическим» и, наконец, что Верховный Команданте ушел от нас. Это должно было делаться через коммюнике политбюро КПК, оглашенное по телевидению, по радио и опубликованному в «Гранме» – ежедневной газете, официальном органе партии.
На выздоровление Фиделю потребовалось пятьдесят пять дней. Снова парикмахер и гример Фиделя приклеили бороду «двойнику» Команданте Сильвино Альваресу, который снова играл свою лучшую роль, разъезжая на заднем сиденье президентского «мерседеса».
В конце концов, после почти двух месяцев отсутствия на публике, 29 октября, Фидель появился в Паласио де Конвенсьонес, где выступил с речью перед депутатами кубинского парламента. И ни один из них не догадался, что несколькими неделями ранее их вождь находился в двух шагах от смерти.

Подводная охота.

 

Фидель Кастро был прекрасный ныряльщик. Первому эскорта это известно в силу служебных обязанностей: за время работы в охране он неоднократно сопровождал его на подводной охоте. Главной его задачей было защищать Фиделя от нападений акул, барракуд, рыб-мечей. Это подводное сопровождение создавало гораздо больше поводов позавидовать ему, чем другие обязанности, такие как ведение его ежедневника или организация мер безопасности при его передвижениях в ходе зарубежных визитов. Для охраны Фиделя не существовало большей привилегии, чем эта: быть рядом с ним при погружении под воду. Если баскетбол или охоту на уток он любил, то подводное плавание – была его подлинная страсть. Имея впечатляющие физические данные (рост 1,91 метра, вес 95 килограммов), Фидель был способен без малейшего труда совершить погружение на десять метров без акваланга.
Он обладал очень личной манерой вести подводную охоту. Ее невозможно описать в иных выражениях, кроме как сравнив с королевскими охотами Людовика XV в лесах вокруг Версаля. На рассвете, пока монарх еще изволил почивать, команда рыбаков, приведенная стариком Финале, отправлялась на разведку. Ее задача была: найти рыбные места, чтобы угадать ожидания государя. После эта команда возвращалась на Кайо-Пьедра и там ждала пробуждения короля, который редко ложился ранее трех часов утра. И тогда старик Финале заходил сделать свой доклад
– Ну, что у нас сегодня? – спрашивал Фидель перед тем, как подняться на борт «Акварамы II».
– Команданте, сегодня на встречу с вами должны прибыть тунцы и pargos [дорады]. А если нам повезет, то заявятся и лангусты.
«Акварама II» отходила от берега. На борту проводили все необходимые приготовления: готовили маски и акваланги, а Фидель тем временем садился и расставлял ноги. Кто-нибудь опускался перед ним на колени, чтобы надеть на него ласты и перчатки. Надев снаряжение, первый эскорта  спускался по трапу, а Команданте следовал за ним. Под водой первый эскорта плыл рядом с ним или над ним. Его оружие – пневматическое ружье, стреляющее стрелками с закругленным наконечником, отскакивающими от мишени. Они служат для того, чтобы при попадании в голову слегка оглушать акул и барракуд и обращать в бегство тех из них, которые подойдут к Фиделю на опасно близкое расстояние.
Также он тащил охотничье ружье Хозяина, который не любил обременять себя подобной тяжестью. Однако, едва заметив добычу и решив воспользоваться ружьем, Фидель протягивал к нему руку, даже не взглянув на него. Телохранитель знал, что следует делать: вложить в его руку готовое к выстрелу оружие. Тогда Фидель выпускал гарпун и тут же возвращал ружье ему. В зависимости от того, промахнулся он или поразил цель, охранник перезаряжал ружье или поднимался на поверхность, чтобы положить добычу в шлюпку, плывущую над ними.
После того как монарх вдоволь натешился, они возвращаются на Кайо-Пьедра. Ритуал при их возвращении всегда неизменен. Охотничьи трофеи Фиделя (весьма многочисленные) выкладывались на дебаркадер и сортировались по видам: пагры к паграм, дорады к дорадам, лангусты к лангустам и т. д. Рыбы Далии, которая охотилась отдельно, под охраной двух боевых пловцов, складывались рядом. Фидель и она обходили эти составляющие будущего пира, под восхищенные и веселые комментарии окружения.
Затем, поскольку огонь под мангалами уже пылал вовсю, Фидель указывал на тех рыб, которых хочет зажарить немедленно; вон тех он великодушно дарует гарнизону, а тех – велит положить в ящики со льдом и отвезти в Гавану, чтобы съесть дома в течение следующих сорока восьми часов. Наконец семейство Кастро усаживалось за стол в тени плавучего ресторана. Начиналсь трапеза.

Визит.
Чтобы иметь более полное представление о работе личной охраны Фиделя во время визитов в другие страны  будет уместным привести отрывок из воспоминаний его личного телохранителя Санчеса Хуана Рейнальда. Вот как он описывает этот эпизод без купюр – «…позднее, в сентябре того же 1986 года, мой путь – то есть путь Фиделя – пересекся с путем другого диктатора: Муамара аль-Каддафи. Произошло это в Хараре, столице Зимбабве, где проходила 8-я встреча глав неприсоединившихся государств. Атмосфера была наэлектризованной, прежде всего из-за разногласий внутри самой организации, а также из-за крайне взрывоопасной ситуации в регионе: в нескольких сотнях километров от Зимбабве – ставшей независимой совсем недавно (в 1980 году) – бушевала гражданская война в Анголе, где марксистское правительство, поддерживаемое тридцатью тысячами кубинских солдат, отражало атаки прозападных мятежников, поддерживаемых расистским режимом Южно-Африканской Республики.
В Хараре, этом чистом городе, являющемся великолепным образчиком британской колониальной архитектуры в Африке, я первым делом тщательно осмотрел наше дипломатическое представительство. А там – кабинет посла. И – удача! Между двумя балками я обнаружил микрофон, спрятанный под навесным потолком. Я его тотчас же изъял и отправил в Гавану для изучения (позднее я узнал, что оборудование было установлено нашими же спецслужбами: или для прослушивания разговоров посла, или для проверки моей компетентности…). В результате от идеи поселить Фиделя в нашем посольстве пришлось отказаться: это было слишком рискованно.
С чемоданчиком, в котором лежали выданные мне двести пятьдесят тысяч долларов наличными, я отправился на поиски безопасного жилья для Команданте. Я нашел подходящую виллу, которая и сегодня является резиденцией кубинского посла в Зимбабве. Я купил ее и полностью отремонтировал силами рабочих, специально присланных с Кубы. Они заново покрыли крышу, перекрасили стены, укрепили забор и… вырыли бомбоубежище глубиной десять метров на случай, если бы южноафриканцам пришла в голову идея подвергнуть дом Лидера максимо бомбардировке с воздуха. Также, следуя инструкциям начальника технического отдела, они провели работы по звукоизоляции, чтобы никто не мог прослушивать снаружи разговоры Фиделя при помощи мощных направленных микрофонов, способных ловить звуки через стены.
Это было не все. Я приобрел поблизости еще два дома – впоследствии проданные, – чтобы поселить там министра внутренних дел Хосе Абрантеса и дипломата Карлоса Рафаэля Родригеса. Кроме того, наши рабочие установили в саду два разборных домика, где планировалось разместить сотрудников охраны, которые могли бы спать на многоярусных кроватях. Наконец, логистик отправился в Замбию покупать необходимые нам машины: «мерседес» для Фиделя и четыре «тойоты» модели «Крессида» для эскорта. Всего на пятидневное пребывание в Зимбабве кубинского руководителя было потрачено более двух миллионов долларов.
В общем, мы успели подготовиться к началу 8-й конференции Движения неприсоединения, в которой участвовали президент Зимбабве Роберт Мугабе, иранский лидер Али Хаменеи, индийский премьер Раджив Ганди, президент Никарагуа Даниэль Ортега, ливийской лидер Муамар Каддафи и еще десяток глав африканских, арабских и азиатских делегаций.
Первое наблюдение: сотрудники протокольной службы страны – хозяйки конференции плохо сделали свою работу. В то время, как первоначально главам государств разрешалось доходить до входа в отель «Шератон» со своими личными телохранителями, позже последних решили останавливать в пятидесяти метрах от входа. Это вызвало невообразимую толчею; возникла драка между сотрудниками зимбабвийской службы безопасности и знаменитыми «амазонками Каддафи», то есть состоявшей только из женщин личной охраны ливийского лидера, который на специальном самолете привез с собой также бронированный «линкольн» зеленого цвета (цвета ислама), свою палатку и двух верблюдов. Сюрреалистическое и гротескное зрелище, потому что у ливийских «амазонок» была особенная техника боя: они поворачивались на триста шестьдесят градусов и благодаря центробежной силе завершали свой поворот, нанося оплеухи в лицо противникам!
Еще один сюрприз: место на парковке, выделенное нашему автомобильному кортежу, оказалось как раз между делегациями Ирана и Ирака. А ведь две эти страны уже шесть лет воевали между собой! В результате телохранители и водители глав этих делегаций стали осыпать друг друга бранью и плевать в лицо. Нам пришлось проявить чудеса такта, чтобы смягчить и тех и других. Для этого мы разделились на две группы, которые завязали приятельские отношения одна с одной стороной, другая – со второй, а каждые полдня менялись местами.
Один недостаток в организации конференции нас устроил: мы с самого начала заметили, что в отеле «Шератон», где она проходила, нет металлодетекторов, и воспользовались этим, чтобы пронести – что было грубым нарушением правил – пистолет системы «браунинг» калибра 9 мм, спрятанный в кейсе начальника эскорта, единственного, кому было разрешено сопровождать Команданте до зала пленарных заседаний. Никто так и не узнал, что под рукой у Фиделя Кастро было огнестрельное оружие. Даже сегодня я полагаю, что это была прекрасная идея: разве Индира Ганди, чью память Фидель почтил в своем выступлении, не была застрелена в упор двумя годами ранее?»

У Фиделя было особенное отношение к тем людям, кто обеспечивал его безопасность и это было понятно по тому как и с кем он проводил праздники. А проводил он их именно с сотрудниками своей охраны и шоферами, а не с Далией и не с детьми, Команданте отмечал главные праздники в кастровской идеологической системе: 1 января, 26 июля и 13 августа. 1 января – день «победы революции», произошедшей в этот день в 1959 году. 13 августа – день рождения самого Фиделя Кастро, родившегося в 1926 году. Наконец, 26 июля – дата начала революционного движения против режима Батисты, дата «героического (хотя и неудачного) штурма» казармы Монкадо в Сантьяго-де-Куба, имевшего место в 1953 году. Для того чтобы всем было понятно историческое значение этой даты, Фидель даже объявил 26 июля национальным праздником Кубы..
В свой день рождения Команданте любил окружать себя сотрудниками личной охраны. По традиции он и его эскорт собирались в домике на территории Подразделения 160. Жарили барашка, которого гости ели без приборов, руками, по арабской традиции, и запивали алжирскими винами. 
Несомненно, Фидель Кастро был неординарной личностью. Достаточно напомнить его звания: почётный доктор юридических наук МГУ им. М. В. Ломоносова (1963 г.), Пражского университета, кубинского Университета информационных наук (UCI) (2007), боливийского университета «Эль Альто» (2008), Российского торгово-экономического университета (2009 г.). Он ушел из жизни своей смертью 25 ноября 2016 года. Могила Фиделя Кастро это большой круглый камень серого цвета, на котором прикреплена темно-зеленая табличка, на которой написано только имя — FIDEL.
Возвращаясь к теме безопасности Фиделя Кастро относительно 638 попыток покушения на его жизнь и здоровье можно сказать следующее. Еще за полтора года до того когда Барак Обама стал президентом, Секретная служба взяла его под свою опеку. Никто из будущих американских президентов ранее не удостаивался такой чести. Связано это было с тем, что с самого начала президентской компании в адрес Барака Обамы начали поступать угрозы от активизировавшихся расистских объединений. Их количество в США, по данным исследовательской группы конгресса, выросло с 602 в 2000 году до 926 в 2008.
Как утверждал журналист и политолог Рон Кесслер, выпустивший книгу "На президентской секретной службе: жизнь агентов и президенты, которых они охраняют", в адрес нынешнего президента Барака Обаму  в день поступает до 30 угроз, каждую из которых оперативные сотрудники расследуют и принимают соответствующие меры. Мир изменился, но не стал безопаснее и количество угроз в отношении первых лиц не уменьшилось, а имеет стойкую тенденцию к росту. И Фидель Кастро давно уже не рекордсмен по этой части. Однако это нисколько не умаляет заслуг работы тех людей, которые обеспечивали его безопасность, ведь ни одна из попыток покушения на него так и не достигла своей цели. 

 

Начало 1 часть. 2 часть

Руководитель НАСТ Балтика Дмитрий Сакуто

Руководитель НАСТ Урал Алексей Сысун.
 

 


 

Please reload

Избранные посты

Три мифа в личной охране.

January 4, 2019

1/4
Please reload

Недавние посты